Хризолит — «топаз» с острова Зебергед

Одним из самых богатых пожертвований царя Ивана Грозного в Троице-Сергиев монастырь был золотой оклад на знаменитую икону Андрея Рублева «Троица». Подвески к этому окладу — цаты представляют собой уникальное произведение русского ювелирного искусства XVI в. С редким техническим совершенством объединены здесь чекан ка, скань, напайные лепестки цветов и трав. Белая, синяя, голубая и зеленая эмаль, васильковые сапфиры и горящие рубины, шелковистый блеск жемчужин… В эту гамму органично включены и желовато-зеленые хризолиты.

Хризолиты на цатах «Троицы» первым отметил известный советский минералог профессор В. И. Крыжановский, который в конце 20-х годов проводил определение камней в собрании Троице-Сергиевой лавры. И он же, знакомясь в ходе работы со старыми описями лаврских драгоценностей, обратил внимание на то, что среди самоцветов, украшавших цаты, названы «заберзаты». Крыжановский связал происхождение этого слова с именем острова Зебергед, ограненный хризолит треугольной формыОднако такое наименование острова получило распространение в мировой географической литературе только в начале XX в. (до этого остров назывался Сент-Джон). Вместе с тем о камне «заберзате» говорится уже в русской Торговой книге, составленной на рубеже XVI и XVII вв. Откуда же взялось на Руси это название?

По-видимому, это не что иное, как прямо заимствованное у арабов слово «забарджад», к которому восходит и нынешнее имя острова. Появление восточных названий камней в русской лексике было прямым следствием оживленных торговых связей Русского государства со странами Востока: не случайно описание «заберзата» мы встречаем не в ученом трактате, а в практическом руководстве для торговых людей. Сведения о камне «забарджаде» содержатся уже в «Минералогии» среднеазиатского ученого-энциклопедиста Бируни, написанной в начале XI в., где этот самоцвет представлен как синоним или разновидность «зумурруда» (изумруда). Но это, как и объединение разных камней под одним и тем же названием, — характерная черта ранних минералогических сочинений, создававшихся в те времена, когда единственным классификационным признаком был цвет камня. Тот же Плиний под именем «хризолита», в соответствии с прямым значением этого греческого слова (хризос — «золото» и литое — «камень»), объединял целую группу прозрачных камней с золотистым блеском.

Кроме того, ювелирная практика как Востока, так и Запада не требовала строгого различения камней. Часто для достижения необходимых цветовых эффектов мастера подкладывали под камни, цветную фольгу или другие материалы, вплоть до тканей, изменявшие их природную окраску. Этот прием широко исподруза хризолитальзовался еще в XVIII веке. Например, на постаменте одной из хранящихся в Эрмитаже гротескных фигурок работы известного саксонского ювелира, создателя «дрезденского барокко» И. М.Динглингера, приобретенных Петром I во время его «великого посольства» в Европу, находится уникальный (40 карат) хризолит прямоугольной формы, имеющий в центре глубокий изумрудный цвет. Камень превращен в «изумруд» благодаря подложке из фольги, и только у краев, где она прилегает не так плотно, виден характерный оливково-зеленый цвет хризолита. Подобные примеры делают вполне вероятным предположение Г. Банка о том, что немалая часть хранящихся в европейских сокровищницах «изумрудов» может оказаться хризолитами. К тому же при искусственном свете даже и без подложки в окраске хризолита сильнее звучат зеленые тона, и он действительно приобретает почти изумрудные оттенки. Не случайно в прошлом веке хризолит называли в обиходе «вечерним изумрудом».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *